Psikhologicheskie Issledovaniya • ISSN 2075-7999
peer-reviewed • open access journal
      

 

Related Articles

Хазова С.А. «Неакадемические» способности: роль и ресурсные функции в совладающем поведении субъекта

«НЕАКАДЕМИЧЕСКИЕ» СПОСОБНОСТИ: РОЛЬ И РЕСУРСНЫЕ ФУНКЦИИ В СОВЛАДАЮЩЕМ ПОВЕДЕНИИ СУБЪЕКТА
English version: Khazova S.A. "Non-academic" abilities: role and resource options in coping behavior of the subject

Костромской государственный университет, Кострома, Россия

Сведения об авторе
Литература
Ссылка для цитирования


Статья посвящена анализу роли «неакадемических» способностей (эмоционального, социального интеллекта и чувства юмора как способности понимать и продуцировать смешное) в совладающем поведении субъекта. На основании эмпирических исследований делается вывод об их влиянии на расширение репертуара стратегий совладающего поведения, повышение его гибкости, а также на восприятие и концептуализацию трудной ситуации с точки зрения приобретения опыта и личностного роста.

Ключевые слова: неакадемические способности, эмоциональный интеллект, социальный интеллект, чувство юмора, совладающее (копинг) поведение, трудная жизненная ситуация, ресурсные функции

 

Роль «неакадемических» способностей в регуляции жизнедеятельности, в том числе совладающего поведения, в современной психологии способностей остается малоизученной. Чаще всего исследуется роль психометрического интеллекта, креативности либо когнитивных стилей для организации активности, в то время как «другие» («особые») неакадемические способности – социальный, эмоциональный интеллект и чувство юмора, проявляющиеся в ситуациях социальных взаимодействий, стрессовых ситуациях и определяющие успешность поведения, остаются на периферии исследовательских интересов.

Роль «неакадемических» способностей (социального, эмоционального интеллекта и чувства юмора) в регуляции жизнедеятельности

Интерес к реальной жизнедеятельности человека, к его способностям выживать, совладать, сохранять свою субъектность, несмотря на вызовы жизни, породил значительное количество концепций и исследований неакадемических, практических форм интеллекта, «жизнетворческих» способностей, позволяющих человеку решать проблемы и жить осмысленно. В их ряду – концепции социального и эмоционального интеллектов, концепция чувства юмора как познавательной способности понимать и продуцировать смешное [Feingold, Mazzella, 1991]. Несмотря на значительное разнообразие подходов, многими авторами отмечалась общность идей, положенных в основу этих концепций способностей, имеющих практическое значение и определяющих адаптивное взаимодействие человека с миром [Jones, Day, 1997; Стернберг и др., 2002]. В свою очередь, это дало нам возможность не только объединить в рамках одной статьи исследования роли социального, эмоционального интеллектов и чувства юмора в регуляции совладающего поведения, но и выделить и описать их общие ресурсные функции.

Социальный интеллект и его роль в совладающем поведении

Обычно социальный интеллект связывается с социальной состоятельностью, компетентностью в социальных взаимодействиях и рассматривается как способность оценивать, понимать законы социального мира, определяющая социальное поведение с точки зрения достижения приспособленности к «человеческому бытию» [Wechsler, цит. по: Практический интеллект, 2002]. В разных концепциях акцентируется различный эффект социального интеллекта:

– познание социальных явлений (Д.В.Ушаков), их понимание и моделирование (В.Н.Куницина);
– обработка социальной информации (М.Форд, М.Тисак);
– налаживание отношений с другими людьми, легкость установления контактов, теплота в отношениях с другими (O.P.Jon, C.Kosmitsky, F.M.Moos, T.Hunt и др.);
– понимание чувств, настроения и причин поступков других людей (Г.Гарднер, И.Н.Куницина, J.Wedeck).

Это невозможно без обращения к биографической памяти, своему внутреннему опыту, что, по мнению ряда авторов, является важнейшей характеристикой социального интеллекта [Kihlstrom, Cantor, 2000; Ушаков, 2004].

Для нас наиболее интересной является концепция Дж.Килстрома и Н.Кантора, которые связывали социальный интеллект со способностью решать жизненные задачи, проблемы социального характера и справляться с возникающими трудностями, воспринимаемыми самим человеком как значительные [Kihlstrom, Cantor, 2000].

Так, в одном из наших более ранних исследований показано, что у подростков с признаками компьютерной игровой аддикции в общении значимо преобладают критичность, проявление вербальной агрессии и жесткость по отношению к людям, негативизм, замкнутость, нейротизм, что обусловливало снижение адаптации и эффективности совладающего поведения [Хазова, 2012].

Эмоциональный интеллект и его роль в совладающем поведении

В современной психологии приняты две основные модели эмоционального интеллекта: модель способностей (J.D.Mayer, P.Salovey) и смешанная модель (R.Bar-On). Д.Майер и П.Саловей, концепция которых разработана в рамках когнитивной модели, определяют эмоциональный интеллект как способность осознавать смысл эмоций, точно оценивать и выражать эмоции, ассимилировать эмоциональный опыт и использовать эти знания для регуляции как своих, так и чужих эмоций, понимания причин возникновения проблем и их решения [Mayer, Salovey, 1997]. Однако и другие авторы указывают на роль эмоционального интеллекта в адаптации к требованиям и давлению окружения, управлении стрессом (Е.В.Ерохина, Д.В.Люсин, А.С.Петровская). Так, например, А.С.Петровская при изучении роли эмоционального интеллекта в управленческой деятельности установила, что респонденты с высоким уровнем эмоционального интеллекта предпочитают не использовать деструктивные (агрессивные), асоциальные стратегии, ведут себя достаточно ассертивно, используют достаточно широкий спектр просоциальных стратегий совладания [Петровская, 2007]. Ряд авторов связывают эмоциональный интеллект с использованием информации, которая содержится в эмоциях, как основы мышления и принятия решений [Сергиенко, Ветрова, 2010; Изотова, Максимова, 2016].

Чувство юмора и его роль в совладающем поведении

Чувство юмора в разных теориях описывается по-разному, например, как познавательная способность (способность создавать, понимать, воспроизводить и помнить шутки) (A.Feingold, R.Mazzella); эстетический ответ (оценка юмора, удовольствие) (W.Ruch, F.-J.Hehl); обычное, обыденное поведение как тенденция использовать шутки и развлекать других, смеяться над шутками окружающих (K.H.Craik, K.Davidson, M.D.Lampert, H.M.Lefcourt); связанная с эмоцией черта характера – жизнерадостность (W.Ruch, G.Kohler, C.van Thriel); отношение к чему-либо (S.Svebak); стратегия совладания или механизм защиты как тенденция к самоподдержке перед лицом стрессовой ситуации (S.Freud, L.D.Henman, H.M.Lefcourt, R.Martin). В психологических определениях акцентируется единство когнитивной (понимание, осмысление) и аффективной (эмоциональный отклик) составляющих юмора, он расценивается как интегративная форма проявления личности, наиболее явно выступающая в межличностной ситуации и ситуации стресса.

Обобщая теоретические и эмпирические данные, следует отметить три важных идеи: во-первых, и социальный, и эмоциональный интеллект, и чувство юмора могут быть рассмотрены как интеллектуальные способности, в значительной мере определяющие поведение субъекта; во-вторых, они играют существенную роль в регуляции жизнедеятельности, в том числе стресса; в-третьих, несмотря на высокую вероятность связи с эффективными копинг-стратегиями, систематических исследований их роли в совладающем поведении не проводилось.

Это обусловило цель нашего исследования: изучение роли социального интеллекта, эмоционального интеллекта и чувства юмора в совладающем поведении субъекта. Для доказательства их ресурсной роли было организовано сложное по дизайну исследование, состоящее из трех серий. Первая серия: исследование роли социального интеллекта в совладающем поведении в ранней юности. Вторая серия: изучение роли эмоционального интеллекта как копинг-ресурса в юности и зрелости. Третья серия: исследование ресурсной роли чувства юмора в совладающем поведении в юности и взрослости.

Методы

Выборка

В первой эмпирической серии приняли участие 52 студента 1-го курса Института педагогики и психологии КГУ им. Н.А.Некрасова; а также 12 студентов-активистов 4-го курса (6 девушек и 6 юношей), выполняющих руководящие функции в различного рода студенческих объединениях (группа лидеров), в качестве контрольной группы выступали студенты этого же курса (n = 21), выбранные случайным образом с учетом пола. Для идентификации лидеров мы использовали деятельностный критерий (руководство различного рода студенческими объединениями) и привлекли экспертные оценки коммуникативных качеств, социальной активности и лидерских качеств (в качестве экспертов выступали преподаватели и студенты – участники объединений).

Во второй эмпирической серии приняли участие 50 человек, 38 женщин и 12 мужчин: из них 25 человек в возрасте от 18 до 22 лет – 17 девушек и 8 юношей, 25 человек в возрасте от 40 до 60 лет – 21 женщина и 4 мужчины.

В третьей эмпирической серии 3 группы испытуемых в количестве 70 человек: 1) 30 человек в возрасте 19–26 лет (15 мужчин и 15 женщин); 2) 25 человек в возрасте 40–48 лет (10 мужчин и 15 женщин); 3) 15 человек в возрасте 60–75 лет (6 мужчин и 9 женщин).

Методики

1. Опросник способов совладания С.И.Фолкман, Р.Лазаруса в адаптации Т.Л.Крюковой, Е.В.Куфтяк, М.С.Замышляевой [Крюкова, 2007].

2. Юношеская копинг-шкала ЮКШ (ACS) Э.Фрайденберг и Р.Льюиса в адаптации Т.Л.Крюковой [Крюкова, 2007].

3. Тест MSCEIT (Mayer–Salovey–Caruso Emotional Intelligence Test) в адаптации А.С.Петровской [Петровская, 2007].

4. Методика исследования социального интеллекта Дж.Гилфорда и М.Салливена в адаптации Е.С.Михайловой [Михайлова, 1996]. Методика имеет четыре субтеста и диагностирует способность к логическому обобщению, способность предвидеть последствия поведения, способность понимать логику развития ситуаций, способность понимать изменения значения вербальных реакций.

5. Опросник стилей юмора – Humor Scale Questionnaire – HSQ Р.Мартина в адаптации Е.М.Ивановой с соавт. [Иванова, Митина и др., 2013]. Опросник диагностирует четыре стиля юмора: 1) самоподдерживающий, «поощряющий себя» юмор: стремление поддерживать юмористический взгляд на мир, а также использование юмора как стратегии совладающего поведения; 2) агрессивный юмор: использование юмора для критики и манипулирования другими, утрирование отрицательных черт в человеке; 3) аффилиативный юмор: тенденция шутить в толерантной манере с целью повышения групповой сплоченности; 4) самоуничижительный юмор, ориентированный на улучшение межличностных отношений за собственный счет.

6. Полуструктурированное интервью.

Методы обработки данных

Применялись следующие статистические методы: сравнительный анализ (критерий U Манна–Уитни, φ* – угловое преобразование Фишера), корреляционный анализ (метод ранговой корреляции r-Спирмена). При обработке данных использовался пакет статистических программ Statistica 8.0.

Результаты

Результаты исследования роли социального интеллекта в совладающем поведении в ранней юности

На первом этапе изучался уровень развития социального интеллекта и его связь со стратегиями совладающего поведения (n = 52). Результаты диагностики социального интеллекта позволяют констатировать, что значительная часть студентов имеет высокий или средний уровень его развития по всем четырем показателям (81%), низкий – 9%. Это в определенной мере объясняется спецификой факультета, где готовят специалистов помогающих профессий, предъявляющих высокие требования к социальным навыкам.

Анализ результатов изучения совладающего поведения позволил выделить как наиболее предпочитаемые стратегии: Решение проблемы (рейтинг 1), Работа, Достижения – ориентация на высокие достижения (3); Беспокойство (2), Самообвинение (6), Разрядка (4) и Позитивный фокус (5). Такая разнородность стратегий может быть объяснена как ситуацией адаптации, в которой находятся студенты первого курса, так и активным формированием способов копинг-поведения, поскольку сочетание эффективных / продуктивных и менее эффективных стратегий в юности является возрастной особенностью, на которую указывалось и в других исследованиях [Крюкова, 2007; Хазова, 2013]. При этом студенты с высоким социальным интеллектом чаще выбирают стратегии Решение проблемы (U 8.0. = 66,0, p ≤ 0,042), Работа, достижения (U = 57,0, p ≤ 0,018), Обращение к друзьям (U = 42,0, p ≤ 0,003) и Принадлежность (U = 60,0,
p ≤ 0,025).

Результаты корреляционного анализа (таблица 1) свидетельствуют о немногочисленных связях средней силы между показателями социального интеллекта и стратегиями совладающего поведения.

Таблица 1
Коэффициенты корреляций показателей социального интеллекта и стратегий совладающего поведения


Переменные
Способность к логическому
обобщению
Способность
предвидеть последствия
поведения
Способность понимать
логику развития ситуаций
Способность понимать
изменения значения
вербальных реакций
Обращение к друзьям –0,305*      
Позитивный фокус –0,345*      
Разрядка   –0,324 *    
Обращение к религии     –0,295 *  
Социальная поддержка       –0,278 *

Примечания. Уровень значимости различий: * p < 0,05; ** p < 0,01; *** p < 0,000; оценка по критерию ранговых корреляций Спирмена.

Интересно, что способности понимать логику развития ситуации и предвидеть последствия поведения снижают риск неэффективного совладания за счет «выпускания пара», вымещения своих неудач на других, слез и крика и обращения к религии и чтению молитв. В то же время способность к логическому обобщению и способность понимать смысл изменения вербальных реакций делают менее возможным обращение к разным видам социальной поддержки.

На втором этапе нами изучалось совладающее поведение студентов-лидеров, руководителей студенческих объединений (n = 12), поскольку многочисленные исследования свидетельствуют о том, что лидеры обладают определенным «набором» личностных качеств, не только обеспечивающих эффективное управление или воздействие на группу, но и позволяющих справляться с высокими психоэмоциональными нагрузками в трудных (стрессовых) ситуациях.

Анализ результатов (n = 12 – лидеры, n = 21 – контрольная группа) позволяет сделать вывод о том, что наиболее предпочитаемыми стратегиями являются Положительная переоценка, Самоконтроль и Планирование решения проблемы. Интересно, что студенты обеих групп практически не выбирают такие стратегии совладания с трудными ситуациями, как Бегство–избегание (мысленные усилия, направленные на уход от проблемы) и Принятие ответственности (осознание своей роли в возникновении и разрешении трудной ситуации). Выявленные результаты повторяют в целом общевозрастные тенденции. Однако необходимо отметить что лидеры реже уклоняются от решения проблем (U = 54,5, р ≤ 0,037) и чаще оценивают трудности в позитивном ключе как способствующие росту личности
(U = 51,5, р ≤ 0,022).

Результаты двух этапов исследования в целом дают основание говорить о следующих фактах:

– лица с высоким социальным интеллектом ориентируются на решение проблемы, высокие достижения и упорную работу, лучше контролируют себя в трудных ситуациях, способны рассматривать трудности в позитивном ключе;
– высокий социальный интеллект снижает риск обращения к неэффективным стратегиям совладания;
– социальный интеллект отрицательно коррелирует с социально-ориентированным копингом, но при этом в младшей возрастной группе у студентов с высоким социальным интеллектом зафиксировано более частое обращение к социальной поддержке.

Результаты исследования роли эмоционального интеллекта в регуляции совладающего поведения

Для реализации цели исследования на первом этапе был измерен эмоциональный интеллект по тесту MSCEIT Дж.Майера, Д.Карузо и П.Саловея. На основании медианного критерия выборка была разделена на две крайние группы – с высоким эмоциональным интеллектом (n = 18) и с низким эмоциональным интеллектом (n = 11), средние значения в сравнительном анализе не учитывались. Сравнительный анализ выявил значимые отличия по способности к восприятию эмоций (U = 42, p ≤ 004), пониманию эмоций (U = 49, p ≤ 0,01)и управлению эмоциями (U = 63,5, p ≤ 0,05). Респонденты с высоким уровнем эмоционального интеллекта значимо реже прибегают к агрессивному Конфронтативному копингу (U = 38, p = 0,002) и чаще признают свою роль в решении проблемы (стратегия Принятие ответственности, U = 54, p = 0,02).

Корреляционный анализ на всей выборке показал различные связи структурных компонентов с выбором стратегий совладающего поведения. Так, способность воспринимать эмоции отрицательно коррелирует с конфронтативным копингом, то есть агрессивными усилиями по изменению ситуации (r = –0,491, р ≤ 0,000) и не способствует поиску социальной поддержки (r= –0,385, р ≤ 0,005). Способность применять эмоции в мышлении, решении проблем и творчестве снижает частоту обращения к социальной поддержке (r= –0,289, р ≤ 0,041). Способность управлять эмоциями увеличивает вероятность выбора стратегии Принятие ответственности за свои решения в трудной ситуации (r = 0,293, р ≤ 0,038).

Анализ ответов на вопросы интервью дает основание для следующих выводов. Во-первых, 82,4% респондентов с высоким эмоциональным интеллектом и 53,8% с низким эмоциональным интеллектом воспринимают трудную ситуацию как временную, проходящую (φ* = 1,78, р ≤ 0,045). 11,8% людей с высоким и 38,5% с низким эмоциональным интеллектом воспринимают трудности как хроническое состояние, непреодолимую ситуацию, находятся в постоянном напряжении (φ* = 1,70, р ≤ 0,038).

Во-вторых, люди с низким эмоциональным интеллектом (30,8%) часто пребывают в удрученном, грустном и даже агрессивном настроении
(φ* = 3,19, р ≤ 0,000), тогда как люди с высоким эмоциональным интеллектом (29,4%) стресс воспринимают как вызов внутреннему потенциалу, который мобилизует на активные действия, на разрешение трудной ситуации
(φ* = 3,10, р ≤ 0,000).

В-третьих, по мнению респондентов, со стрессом им помогает справляться оптимизм, уравновешенность, целеустремленность, терпимость, настойчивость.

В-четвертых, есть определенный круг ситуаций, в которых эмоциональный интеллект оказывает полезный эффект. Так, юноши и девушки считают, что высокий эмоциональный интеллект (способность к поддержанию позитивного настроения даже в неблагоприятных обстоятельствах, уравновешенность, способность управлять своими эмоциями) помогает в ситуациях экзамена, зачетов, соревнований, ссор с любимым человеком, ситуациях нападения или третирования, ситуациях творческого самовыражения. Люди зрелого возраста выделяют помимо этого семейные конфликты, измены, финансовые трудности, потерю значимого близкого, одиночество, проблемы на работе.

Наконец, в-пятых, большая часть респондентов воспринимает и оценивает эмоциональный интеллект как несомненный ресурс в трудных жизненных ситуациях, отмечая наибольший эффект оптимизма, способности контролировать свои эмоции и уравновешенности.

Результаты исследования ресурсной роли чувства юмора в совладающем поведении

В начале исследования нами проводилось полуструктурированное интервью. Было обнаружено, что большинство респондентов понимает юмор как способность подмечать и показывать смешное, умение шутить; в юношеской группе и группе пожилых людей, по сравнению с группой взрослых (40–48 лет), юмор понимается и как такое проявление остроумия, которое может реализовываться в виде насмешек, иронии, подшучивания, то есть носить агрессивный характер (j* = 2,25, р ≤ 0,010).

Среди ситуаций, в которых используется юмор, респонденты называют финансовые трудности, нехватку денег на что-то, ссоры с близкими людьми (членами семьи, друзьями, возлюбленными), отсутствие работы, проблему оплаты труда, одиночество, бытовые неурядицы, отношения между полами, человеческую глупость, отношение к возрасту. В группе 19–26 лет была выделена ситуация экзаменов и зачетов (26,7%). В группе 60–75 лет юмор позволяет поддержать себя, не застревать на проблеме в ситуациях выхода на пенсию (40%) и ухудшения здоровья (33,3%). Для испытуемых 40–48 лет наиболее актуальным является использование юмора при возникновении проблем на работе (60%), носящих не очень критичный, не хронический характер. В ситуациях, имеющих «затяжное» течение, например, сложные отношения с мужем, разрыв отношений, поднимают настроение и дают образец отношения к жизни с юмором чтение иронических детективов, просмотр комедийных фильмов, придумывание шуток «по поводу…».

Большинство респондентов (80%) отмечают поддерживающую роль юмора и используют его для позитивного подкрепления своего эмоционального состояния. Они говорят о том, что юмор может приободрить, поднять настроение, разрядить обстановку, сплотить людей, оправдать свои поступки и поступки других людей, а также позволяет посмотреть на ситуацию по-другому, переоценить ее, снизить значимость и стрессогенность. С возрастом все чаще респонденты отмечают специфическую функцию юмора: он дает надежду на будущее (7% в младшей группе, 27% - в старшей, j* = 3,9,
р ≤ 0,001).

В целом интервью позволяет сделать вывод о том, что юмор обладает полезным эффектом, поскольку облегчает восприятие ситуации, изменяет эмоциональное состояние, позволяет переключиться с проблемы на что-то другое, дает надежду на лучшее.

На втором этапе были проанализированы корреляционные связи стилей юмора со стратегиями совладающего поведения. Получены следующие результаты:

– потенциально адаптивные и здоровые стили юмора – самоподдерживающий и аффилиативный положительно коррелируют со стратегией Принятие ответственности (r = 0,330, p ≤ 0,040 и r = 0,380,
p ≤ 0,001 соответственно);
– самоподдерживающий стиль юмора положительно коррелирует с такими стратегиями, как самоконтроль (r = 0,300, p ≤ 0,01); поиск социальной поддержки (r = 0,230, p < 0,004); планирование решения проблемы (r = 0,340, p ≤ 0,003); положительная переоценка (r = 0,380, p ≤ 0,001) и отрицательно с конфронтативным копингом (r = 0,350, p ≤ 0,002) и дистанцированием
(r = 0,25, p ≤ 0,020);
– потенциально вредный агрессивный стиль юмора положительно коррелирует с конфронтативным копингом (r = 0,490, p ≤ 0,000) и отрицательно – со стратегиями самоконтроль (r = 0,490, p ≤ 0,040) и принятие ответственности (r = 0,270, p ≤ 0,02);
– самоуничижительный стиль юмора как потенциально дезадаптивный коррелирует со стратегией дистанцирование (r = 0,240, p ≤ 0,040).

Анализ полученных результатов позволяет нам говорить о том, что люди, использующие агрессивный или самоуничижительный стиль юмора, как правило, в трудных жизненных ситуациях прибегают либо к дистанцированию и избеганию проблем, либо враждебности и агрессивному поведению. В то время, как адаптивные стили юмора «задают» адаптивные способы поведения: принятие ответственности за происходящее, признание своей роли в проблеме, ориентацию на решение проблемы и контроль над эмоциями и поведением. При этом, благодаря юмористической переоценке, ситуация становится менее напряженной и более управляемой, открывается возможность для контроля своих действий и эмоций.

Таким образом, чувство юмора, понимаемое как интеллектуальная способность, позволяет человеку предпринимать усилия по решению проблемы, созданию положительного смысла ситуации (то есть альтернативно интерпретировать ситуацию) и концентрироваться на росте собственной личности, прикладывать усилия в поиске информационной, действенной и эмоциональной поддержки других людей.

Обсуждение результатов

Прежде всего, представим обобщенные данные корреляционного анализа (в таблице приведен наибольший из сходных коэффициентов). В таком обобщенном виде становится очевидным, что значительная их часть из разных эмпирических серий подтверждает друг друга, повышая достоверность сделанных выводов.

Таблица 2
Коэффициенты корреляций показателей неакадемических способностей и стратегий совладающего поведения

  Социальный
интеллект
Эмоциональный
интеллект
Адаптивный
юмор
Потенциально дезадаптивный
юмор
Конфронтатив
ный копинг
  –0,491*** –0,350** 0,490***
Разрядка –0,324*      
Обращение к религии –0,324*      
Дистанцирование     –0,250* 0,240*
Социальная поддержка –0,270* –0,385** 0,230**  
Обращение к друзьям –0,303*      
Принятие ответственности   0,293*   –0,270*
Поиск решения проблемы     0,340**  
Самоконтроль     0,300** –0,490***
Положительная переоценка     0,380***  

Примечания. Уровень значимости различий: * p < 0,05; ** p < 0,01; *** p < 0,000; оценка по критерию ранговых корреляций Спирмена.

Прежде всего, необходимо отметить, что из 17 корреляционных связей 10 являются отрицательными. В свою очередь, около 40% из отрицательных корреляций – это корреляции с такими стратегиями совладающего поведения, как: конфронтативный копинг – агрессивные усилия по преодолению трудностей (в то время как потенциально дезадаптивные стили юмора ведут к повышению конфронтации), разрядка – за счет «выпускания пара», слез, крика, курения, приема алкоголя, вымещения неудач на других людях, обращение к религии (молитвы, чтение святого писания), дистанцирование – усилия по отдалению от ситуации и снижению ее значимости. Получается, что «неакадемические» способности снижают частоту обращения к непродуктивным способам поведения в трудных жизненных ситуациях, то есть уменьшают риск несовладания. Сходные результаты получены в ряде исследований психометрического интеллекта [Хазова, 2013; Холодная, Алексаполский, 2010]. Это позволяет говорить об общих тенденциях, описывающих роль академических и неакадемических способностей как медиаторов копинга, минимизирующих риски непродуктивного поведения в трудных и стрессовых ситуациях.

Далее, и социальный, и эмоциональный интеллект связаны со снижением вероятности обращения к социально-ориентированным стратегиям совладания, которые понимаются нами скорее как несущие «эффект социотропии»: потребность общаться с друзьями; забота о хороших отношениях с окружающими и готовность следовать их мнениям; склонность проводить досуг в компании [Холодная, 2008]. Эти данные кажутся внутренне противоречивыми, поскольку и социальный, и эмоциональный интеллект наиболее очевидно проявляются в ситуациях социального взаимодействия. Однако можно предположить, что высокий уровень развития этих способностей связан скорее с ориентацией на получение действенной и информационной поддержки от окружения, чем на простое времяпрепровождение в компании или на слепое следование мнению окружающих. Кроме того, необходимо отметить и недостаточность тестовой процедуры измерения «неакадемических способностей», на что указывали многие авторы, отмечая, что существующие тесты ориентированы скорее на логический, когнитивный компонент социального и эмоционального интеллекта [Стернберг и др., 2002; Ушаков, 2004].

Несколько другое объяснение может быть дано положительной связи адаптивного стиля юмора со стратегией социальной поддержки. Человек шутит для поддержания юмористического взгляда на мир, тесных контактов с людьми перед лицом трудностей, для того чтобы быть принятым. Сама природа неагрессивного юмора предполагает включение человека в социальные сети. Поэтому юмор в «толерантной манере» [Martin и др., 2003] может быть рассмотрен как социальная стратегия совладания, когда люди проявляют доброжелательность и оптимизм, а не враждебность и агрессию, разрешают проблему, не враждуя, а сотрудничая.

Следующая группа связей касается продуктивных стратегий, ориентированных на решение проблемы, урегулирование своих чувств и действий (самоконтроль) и принятие ответственности за возникновение проблемы и ее решение. Эмоциональный интеллект и адаптивные стили юмора повышают вероятность обращения к этим копинг-стратегиям, в то время как дезадаптивный стиль юмора – снижает. «Здоровый» юмор, проявляющийся в склонности шутить над несоответствиями жизни, относиться ко всему, в том числе бедственной ситуации, с улыбкой, иронией, а также эмоциональный интеллект помогают людям планировать решение проблемы, обеспечивает позитивный взгляд на исход трудной ситуации и позволяет выстроить пути выхода из нее.

Наконец, еще один важный эмпирический факт свидетельствует о связи адаптивного юмора со стратегией Положительная переоценка, что говорит о наличии усилий по созданию положительного смысла ситуации и фокусировании на личностном росте. Аналогичные данные были получены в исследованиях под руководством Н.Куипера: отмечалось, что люди с развитым чувством юмора чаще прилагают сознательные усилия, чтобы рассмотреть свои проблемы с другой точки зрения, что приводит к более позитивному восприятию событий, категоризации их как позитивного вызова, а не негативной угрозы [Kuiper, Martin, Oliger, 1993].

Данные сравнительного анализа позволяют сделать вывод о том, что респонденты с высоким уровнем развития «неакадемических» способностей чаще ориентированы на решение проблемы (Планирование решения проблемы), упорную работу (Работа, достижения), чаще оценивая трудную ситуацию, рассматривают ее в позитивном ключе как вызов ресурсам и возможность для саморазвития и самоизменения (Положительная переоценка), реже используют агрессивные способы изменения ситуации (Конфронтативный копинг). Все это свидетельствует о более продуктивном способе поведения в трудных жизненных ситуациях и способности накапливать и концептуализировать опыт совладания в контексте жизненной перспективы. Более частый выбор стратегий Обращение к друзьям и Стремление принадлежать – стремление получить одобрение и поддержку в группе первокурсников, вероятно, является в значительной мере ситуативно обусловленным и связанным с периодом адаптации. Люди же с низким социальным и эмоциональным интеллектом, а также выбирающие относительно нездоровые и потенциально вредные стили юмора – агрессивный и самоуничижительный, проявляют внутреннюю и внешнюю агрессию, фиксируются на переживаниях своей беспомощности, беспокоятся, сосредотачиваются на собственных недостатках, обвиняют других, что, конечно, изменяет психоэмоциональное состояние на более стабильное и оптимальное, но не оказывает позитивного действия на эффективность поведения в стрессогенных ситуациях.

Далее, результаты интервью позволяют составить перечень трудных ситуаций, в которых «неакадемические» способности проявляют свою ресурсную роль. Он достаточно широк: от ситуаций, связанных с достижениями (экзамены, соревнования, профессиональные достижения), до разрыва отношений и потери близкого человека. При этом ситуации социальных взаимодействий (отношения полов, ссоры и конфликты, отношения с начальством, воспринимаемое одиночество и т.д.) наиболее часто требуют «вложения» социального и эмоционального интеллекта и использования чувства юмора.

Респонденты отмечают и значение «неакадемических» способностей и чувства юмора в трудных жизненных ситуациях, оценивая их полезный эффект с точки зрения лучшего совладания с трудностями, облегчения восприятия ситуации, лучшего ее понимания, более адекватной оценки состояния и поведения другого человека, оценки ситуации как менее травматичной, изменения своего и чужого эмоционального состояния на более позитивное; акцентирования внимания на приобретении опыта и росте личности. Все это свидетельствует о ресурсных функциях эмоционального, социального интеллекта и чувства юмора как когнитивной способности.

Выводы

Итак, при изучении роли эмоционального интеллекта, социального интеллекта и чувства юмора как когнитивной способности воспринимать и продуцировать смешное была зафиксирована удивительная схожесть полученных результатов. Эмпирические факты свидетельствуют, что и эмоциональный интеллект, и социальный интеллект и чувство юмора:

– являются действенными ресурсами в широком круге ситуаций: от учебных и профессиональных до ситуаций творческого самовыражения, межличностных отношений, жизненных потерь;

– позволяют выбирать более продуктивные стратегии совладающего поведения, ориентированные на решение проблемы, получение действенной социальной поддержки, самоконтроль и положительную переоценку ситуации, при этом они снижают риск обращения к стратегиям конфронтации и дистанцирования; изменяют эмоциональное состояние на более позитивное, позволяют сохранять оптимизм и уверенность в собственных силах;

– создают условия для особой формы концептуализации ситуации, которая оценивается и интерпретируется как менее травматичная и рассматривается в контексте роста личности и приобретения жизненного опыта.


Финансирование
Исследование выполнено при поддержке Российского научного фонда, проект №14-28-00087, Институт психологии РАН.


Литература

Иванова Е.М., Митина О.В., Зайцева А.С., Стефаненко Е.А., Еникопов С.Н. Русскоязычная адаптация опросника стилей юмора Р.Мартина. Теоретическая и экспериментальная психология, 2013, 6(2).

Изотова Е.И., Максимова Е.Б. Психологические и психофизиологические аспекты исследования эмоционального интеллекта в подростковом и юношеском возрастах. Психологические исследования, 2016, 9(46), 7. http://psystudy.ru

Крюкова Т.Л. Методы изучения совладающего поведения: три копинг-шкалы. Кострома: Авантитул, 2007.

Михайлова (Алешина) Е.С. Методика исследования социального интеллекта: Адаптация теста Дж.Гилфорда и М.Салливена: Руководство по использованию. СПб.: ИМАТОН, 1996.

Романова Е.В., Сытько Т.И. Проективные графические методики. Методические рекомендации. СПб., 1992.

Стернберг Д. (Ред.). Практический интеллект. СПб.: Питер., 2002.

Ушаков Д.В.Социальный интеллект как вид интеллекта. В кн.: Д.В. Люсин, Д.В. Ушаков (Ред.), Социальный интеллект: теория, измерение, исследования. М.: Институт психологии РАН, 2004. С. 11–28.

Петровская А.С. Эмоциональный интеллект как детерминанта результативных параметров и процессуальных характеристик управленческой деятельности: дисс. … канд. псих. наук. Ярославль, 2007.

Сергиенко Е.А., Ветрова И.И. Тест Дж.Мэйера, П.Сэловея и Д.Карузо «Эмоциональный интеллект» (МSCEIT v. 2.0). Руководство. М.: Институт психологии РАН, 2010.

Хазова С.А. Ментальные ресурсы субъекта: феноменология и динамика. Кострома: КГУ им. Н.А.Некрасова, 2013.

Хазова С.А. Коммуникативные способности и социальный интеллект в социальном поведении в ранней юности. Вестник КГУ им. Н.А.Некрасова. Сер.: Педагогика. Психология. Социальная работа. Ювенология. Социокинетика, 2012, 18(1), 192-197.

Холодная М.А., Алексапольский А.А.Интеллектуальные способности и стратегии совладания. Психологический журнал, 2010, 31(4), 59–68.

Холодная М.А. Стили совладания в юношеском возрасте в контексте проблемы интеллектуального контроля совладающего поведения. В кн.: А.Л. Журавлев, Т.Л. Крюкова, Е.А. Сергиенко (Ред.), Совладающее поведение: Cовременное состояние и перспективы. М.: Институт психологии РАН, 2008. С. 84–96.

Jones К., Day J.D. Discrimination of two aspects of cognitive-social intelligence from academic intelligence. Journal of Educational Psychology, Vol. 89, 486–497.

Feingold A., Mazella R. Рsychometric intelligence and verbal humor ability. Personality and Individual Differences, 1991, 12(5), 427–435.

Kihlstrom J.E., Cantor N. Social intelligence. In: R.J. Sternberg (Ed.), Handbook of intelligence. Cambridge: Cambridge University Press, 2000. pp. 359–379.

Kuiper N.A., Martin R.A., Olinger L.J. Coping humor, stress and cognitive appraisals. Canadian Journal of Behavioral Science, 1993, 25(1), 81–96.

Martin R.A., Puhlik-Doris Р., Larsen G., Gray J., Weir К. Individual differences in uses of humor and their relation to psychological well-being: Development of the Humor Styles Questionnaire. Journal of Research in Personality, 2003, Vol. 37, 48–75.

Поступила в редакцию 25 августа 2016 г. Дата публикации: 29 октября 2016 г.

Сведения об авторе

Хазова Светлана Абдурахмановна. Доктор психологических наук, профессор, кафедра специальной педагогики и психологии, Институт педагогики и психологии, Костромской государственный университет, пос. Новый, д. 1, 156000 Кострома, Россия.
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Ссылка для цитирования

Стиль psystudy.ru
Хазова С.А. Интеллектуальные способности как фактор эффективности совладающего поведения. Психологические исследования, 2016, 9(49), 2. http://psystudy.ru

Стиль ГОСТ
Хазова С.А. Интеллектуальные способности как фактор эффективности совладающего поведения // Психологические исследования. 2016. Т. 9, № 49. С. 2. URL: http://psystudy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).
[Описание соответствует ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка". Дата обращения в формате "число-месяц-год = чч.мм.гггг" – дата, когда читатель обращался к документу и он был доступен.]

Адрес статьи: http://psystudy.ru/index.php/num/2016v9n49/1337-khazova49.html

К началу страницы >>